Свердловский театр драмы завершил сезон эпатажной премьерой — «Дракула» по одноименному роману Брэма Стокера. Вопреки традиционному «рецензия — на следующий день», обстоятельства дали возможность подержать впечатления в себе. И все это время, признаюсь, продолжаю думать о спектакле, взвешивая впечатления-плюс и… не совсем. Событие? Безусловно. Шаг вперед в театральных поисках? Еще какой! «Дракула» надолго пропишется в афише? Не уверена.

Можно, конечно, поёрничать: судьба любого спектакля непредсказуема. Так, да не так. Готический роман Стокера, популярный, экранизированный, давший начало в искусстве целому явлению под названием «вампирский миф», «литература ужаса», для театра — выбор рискованный. Вампиры же! Черная магия. Ментальные отклонения. Мало того, что сюжет требует возрастных ограничений для зрителей, еще раньше возникает вопрос: как это показать на сцене? Современный театр, с его техническими возможностями, на многое способен. И все же…

Режиссер-постановщик «Дракулы» — Даниил Ахмедов. Режиссер и художник в одном лице. В творческом «послужном списке» — семь номинаций на Национальную театральную премию «Золотая Маска». Одна из наград — «За яркий образец спектакля-феерии» (2016 г., «Алиsа» в Красноярском ТЮЗе). А когда еще узнаешь, что Даниил Ахмедов позиционирует себя как «режиссер визуального театра», паззлы начинают складываться. Даже на уровне того, чем «Дракула» мог заинтересовать театр.

— Это театр художника, где декорации, свет, звук, костюмы, реквизит, пластика, тела артистов — всё является самим спектаклем. Тут важна и главенствует форма. Конечно, мы не забываем про содержание: есть текст и сюжет. Но на первом месте — форма, визуал, — говорит Даниил Ахмедов. — Как художник я чаще работаю с каким-то фэнтези, как правило — это сказки. И когда в Свердловской драме встал вопрос о выборе материала для будущего спектакля, как-то само пришло в голову — почему бы не взяться за мистический мир Трансильвании. Несколько лет назад случилось путешествовать по Трансильвании, окунулись в эту атмосферу, и оно как-то запало в душу…

Без всякого сомнения: на спектакле «Дракула» Свердловской драмы, с какими бы ожиданиями вы ни отправились на премьеру, вам тоже очень многое западет в душу. Не иронизирую. Я — вполне серьезно. Практически с первых минут вы начнете сосредоточенно вслушиваться в происходящее и… прислушиваться к себе. Когда молодой стряпчий Джонатан Харкер (Евгений Бушуев) отправляется по делам графа Дракулы (Евгений Кондратенко) в его имение, он встречает в округе мрачной усадьбы много странных людей, говорящих на непонятном языке. Выдаю тайну (на вопрос «ОГ» ответил сам Даниил Ахмедов): это румынский, язык трансильванских цыган. И не беда, что скорее никто из зрителей не знает его — это ж не English или Francais. И не надо знать! Ни языка, ни того, о чем на нем говорят, хотя у актеров эпизода — достаточно большие разговоры «на непонятном». Важна загадка места. Начинаешь вслушиваться-всматриваться в нее, и считай: ты уже пленен спектаклем.

Опять — не иронизирую. Опять — вполне серьезно. Это очень красивый спектакль. Очень! Красно-бело-черная гамма «Дракулы» создает живописный калейдоскоп меняющихся картин, которые сродни полотнам-шедеврам где-нибудь в музее ИЗО. Восторг, желание «зависнуть перед картиной» и наслаждаться, но — действие движется дальше, «картинка» сменится другой, не менее впечатляющей, и возникнет то же желание — «остановить мгновение» (напомню: художник-постановщик Даниил Ахмедов, а художник по свету — Тарас Михалевский).

Про «остановить мгновение» могла бы повторить и в отношении костюмов. Летящие, загадочные, фантазийные. Подчеркивающие фигуру Люси Вестенра, жертвы дьявольских сил (Татьяна Малинникова) или тотально скрывающие у героев даже лица. Строгие, элегантные и — подчеркнуто-вульгарные. Парящие и скованные корсетами. Парад фантазии, изысканности и грации. Поверить невозможно, что иные из этих живописных нарядов весят до… восьми килограммов.

— В этой истории мы договорились работать в жанре историческом и fashion (мода, стиль) — на грани модного показа, перемешанного с историческим костюмом. Чтобы это не была нафталиновая история, но при этом был слом моды и интересная форма исторического костюма, — поясняет художник по костюмам Ольга Никитина.

А теперь представьте, что «в восьми килограммах» героям надо еще двигаться. Много. Постоянно. Весь спектакль. «Дракула» на сцене Свердловского театра драмы (драмы!) напоминает в иных эпизодах лучшие постановки театров contempopary-dance, театров современного танца — с их стильной напряженной пластикой. Она впечатляет не меньше, чем сценография, чем костюмы. И если продолжить перечисление «ответственных за результат», то хореографа Марию Сиукаеву можно бы назвать «художником по пластике». Хореография — тоже из впечатлений-плюс спектакля. И введение ее в драматический спектакль в таком большом объеме оправдано, ведь «Дракула» — мир, где всё зыбко, призрачно и переменчиво.

Сознательно не напоминаю сюжет истории. Фанаты «Дракулы» его знают. Другие же не осилят с первого раза ни в романе Стокера, ни в спектакле. Даже «подсказка» театра относительно общего пафоса постановки — «Насколько на самом деле ужасно Зло? Так ли безупречно Добро?» мало поможет. Придется прийти на спектакль второй и третий раз. Или сходить и… забыть. Если зрелищность — не ваше (вот он, риск для долгожительства спектакля в репертуаре). Но если «потянет» сходить и расшифровать спектакль — не останавливайте себя. Получите невероятное визуальное наслаждение.

Ранее «Областная газета» рассказывала о том, что Новоуральский театр был номинирован на премию «Музыкальное сердце театра».

Опубликовано в №162(9973) от 26 июля 2024 года.