11 ноября в России официально отмечается День экономиста. Именно 11 ноября в 1765 году императрица Екатерина II подписала указ о создании Императорского Вольного экономического общества – первой в России общественной организации, которая занималась вопросами хозяйства и экономики. День экономиста – профессиональный праздник для представителей не одной, а целого ряда специальностей. О том, как они трансформируются в последние годы, насколько востребованы на рынке труда и какими будут экономисты и финансисты будущего, в интервью «ОГ» рассказала директор Института экономики и финансов Уральского государственного экономического университета Елена Дворядкина.

– Елена Борисовна, в последние годы вы наверняка не раз слышали популярное суждение про избыток на рынке труда России юристов и экономистов. Что можно сказать на это, если оперировать конкретными цифрами на примере вашего института?

– По-настоящему профессиональных экономистов и юристов, конечно, много не бывает. Если посмотреть статистику нашего университета, то в 2026 году на экономические специальности было подано больше 4,5 тыс. заявлений от абитуриентов. В итоге мы набрали порядка 180 человек на очную форму обучения. Конкурс на направление бизнес-аналитики составил 46 человек на место, внешнеэкономической и таможенной деятельности – 36 человек, экономической безопасности – 35 человек на место, финансов и кредита – 42 человека, экономики предприятий – 25 ­человек.

– Лидирует бизнес-аналитика. Это новое направление подготовки?

– Относительно новое, подготовку этих специалистов ведем порядка 10 последних лет. На самом деле настоящий экономист – это тот, кто умеет не только считать, но и анализировать и прогнозировать. Поэтому компетенции, связанные с анализом, у нас прививаются на любом направлении подготовки. Но есть и отдельный такой вот профиль на стыке экономики и информационных технологий. Кстати, мы реализуем его в совместных образовательных программах с Ташкентским государственным экономическим университетом.

– Если посмотреть на статистику с другой стороны: как обстоят дела с трудоустройством выпускников?

– Ребята находят работу уже начиная со второго-третьего курса, кто-то по специальности, кто-то нет. Основная часть мест у нас договорные. Поэтому многие осознают, что им надо оплачивать обучение самим – это одна из причин. Другая причина – когда они после второго курса начинают проходить практику, многие работодатели по ее окончании приглашают их на работу. И на четвертом курсе практически не остается свободных студентов, которых можно выпускать на открытый рынок: все трудоустроены.

Если посмотреть на конкретные цифры, процент трудоустроенных выпускников Института экономики и финансов в разные годы составляет от 94 до 97. За последние 20 лет этот показатель существенно вырос. В этом году мы при приеме столкнулись с тем, что многие выпускники школ сознательно пошли не на очную форму обучения, а на очно-заочную или заочную, чтобы у них была возможность совмещать учебу и работу.

И да, специалисты с экономическими дипломами востребованы далеко не только в бизнесе. Среди выпускников нашего института – действующие главы министерств Свердловской области, депутаты Законодательного Собрания, руководители в муниципальных органах власти.

– УргЭУ в следующем году отметит 60-летие. В Советском Союзе, в котором вуз был основан, экономика была совсем другой. Как трансформируются экономические специальности на протяжении этого пути?

– Однажды в одном из музеев мне попался телефонный справочник 1974 года. Там были и номера Свердловского института народного хозяйства, как тогда назывался УрГЭУ, и среди них – телефон кафедры бухгалтерского учета. Бухгалтерский учет – одна из самых традиционных экономических специальностей, она была раньше и сейчас на нее ведется прием. Как-то мы попробовали поменять название профиля на «Учетно-аналитические технологии в цифровой экономике». Народ не понял, что это. В тот год у нас даже снизился набор.

Но, конечно, наши программы трансформируются. Новые компетенции наших выпускников связаны прежде всего с развитием технологий: цифровизации и массового внедрения искусственного интеллекта. Экономистов это касается напрямую. Надо научиться не только пользоваться этими технологиями, но и уметь интерпретировать результаты, которые дает их применение. Ведь искусственный интеллект может оперировать только той информацией, которая имеется в цифровом виде, многого он не видит. Кроме того, сам объем данных, с которыми приходится работать экономисту 20 лет назад и сейчас, – две большие разницы.

Если говорить о личностных требованиях к современным экономистам и финансистам, то главное – умение взаимодействовать с людьми, работать в команде, принимать решения в условиях многозадачности. И, конечно, стрессо­устойчивость. У большинства нынешних студентов детство прошло «в телефоне». Но, по моим наблюдениям, те, кто сейчас занимается коллективными видами спорта, состоит в культурно-творческих объединениях, они и в учебе лучше проявляют себя в командной работе, коммуникативные навыки у них развиты лучше.

– Обучение по экономическим специальностям сегодня предлагают в самых разных вузах. В чем преимущество именно профильных учебных заведений?

– Я бы ответила так: если нам нужно лечить зуб, мы же пойдем к стоматологу, а не к окулисту, например? Профильное образование, во-первых, предполагает качество профессорско-преподавательского состава. Это специалисты, которые сами получили в свое время фундаментальное экономическое образование, затем ученую степень по экономике. Во-вторых, УрГЭУ – практико-ориентированный вуз, где органично сложился симбиоз науки и практики. Представители бизнеса приходят к нам защищаться в наших диссертационных советах. Эти советы действуют у нас по таким направлениям, как региональная и отраслевая экономика, экономика промышленности, экономика сферы услуг, финансы. Для того чтобы их открыть, нужно соответствовать очень серьезным требованиям. Всё это тоже отличает профильный вуз от непрофильного.

Кроме того, университет издает научные журналы Journal of New Economy и «Управленец», входящие в Перечень ВАК и «Белый список» научных изданий и возглавляющие российские рейтинги по экономическим направлениям.

– Чуть выше мы обсудили, чем современный экономист отличается по набору компетенций от экономиста дня позавчерашнего. А если, наоборот, чуть заглянуть в будущее, то каким требованиям должен будет отвечать специалист через 5–10 лет?

– Никуда не исчезнет умение работать с современными технологиями, прежде всего корректно использовать возможности генеративного искусственного интеллекта. Усилится роль прогнозирования, будущий специалист должен уметь пользоваться инструментами так называемой предиктивной аналитики – то есть предвидеть риски и изменения, а не реагировать на них по факту. Например, речь об угрозах из сферы финтеха – взломы, похищения средств и другие киберпреступления.

Вузам придется подстраивать свои учебные программы под эти вызовы, мы частично это уже сделали, например, введя направление «Экономическая ­безопасность». Ну а в целом стоящая перед профильными вузами задача остается прежней – это интеграция классических экономических дисциплин с современными технологическими инструментами, которые появляются в мире.

Ранее «Областная газета» писала о том, что Свердловская область проверила экономические знания.