На протяжении века общественная организация помогала людям, лишенным слуха, получить образование, найти свое место в жизни, стать полноценными гражданами России. Журналист «ОГ» Татьяна Бурова побывала в штаб-квартире Свердловского регионального отделения ВОГ и побеседовала с председателем правления Людмилой Черемерой о том, как сделать мир слышащих благоприятным для неслышащих.
– Людмила Александровна, называть инвалидами людей, лишенных слуха, язык не поворачивается. Тем не менее присущие им особенности создают определенные трудности. Какие именно?
– Люди с нарушением слуха сталкиваются с проблемами в самых разных сферах: в общении, образовании, трудоустройстве. Дело в том, что человеку, глухому от рождения или потерявшему слух в раннем детстве, очень сложно овладеть устной речью, большинство из нас нечетко произносят звуки, неправильно ставят ударения, слышащим трудно нас понять, а жестовый язык они не знают. Кроме того, глухие и слабослышащие имеют скудный словарный запас, а это мешает правильно считывать по артикуляции, что говорит собеседник. Наша задача – помочь преодолеть барьеры, которые создал недуг, сделать доступными медицинские и юридические услуги, оказать содействие в общении с сотрудниками ведомств и организаций.
Например, многие члены нашей общественной организации выписывают «Областную газету». Но если нужно оформить подписку или возникают проблемы с доставкой, они не могут самостоятельно прийти или позвонить в редакцию, на почту. Им нужен помощник, который озвучит вопрос, выслушает ответ. У нас этим занимается переводчик русского жестового языка Наталья Микушина, сотрудники вашей редакции отлично ее знают.
Наши сурдопереводчики сопровождают инвалидов по слуху к врачу и к нотариусу, в службу занятости и в отделы кадров, в суд и другие присутственные места.
– Кто выбирает эту профессию?
– Как правило, переводчиками РЖЯ (русского жестового языка) становятся слышащие дети глухих родителей, которых принято называть «кода» – от английского CODA (children of deaf adults). Они с малолетства овладевают жестовым языком и выступают посредниками между родителями и слышащими людьми.
Нам с вами помогает вести беседу переводчик РЖЯ Светлана Коптелова. Она тоже кода, работает в нашем отделении ВОГ уже 35 лет. Сурдопереводчики являются не только ушами глухих, они, по сути, представляют их интересы: вникают в их проблемы, добиваются, чтобы глухой правильно понял суть разъяснений врача, юриста, чиновника.
К сожалению, эта профессия не является престижной, молодые идут в нее не очень охотно. Из-за дефицита переводчиков РЖЯ люди с нарушением слуха испытывают сложности в получении различных услуг.
– В наши дни существуют программы для гаджетов по расшифровке разговорной речи, мессенджеры, где можно вести переписку. Казалось бы, эти технологии позволяют слышащим и неслышащим вести диалог?
– К сожалению, не в полной мере. Во-первых, не все люди говорят внятно и четко, что сказывается на точности механического перевода. Во-вторых, как я уже отмечала, люди, лишенные слуха от рождения или в раннем возрасте, обладают недостаточным словарным запасом, что мешает понять слышащего. Пока техническим средствам не удалось полноценно заменить живого человека – переводчика РЖЯ – и вряд ли удастся сделать это в ближайшее время.
Но цифровые технологии мы, конечно же, используем. Мы создали свой сайт, который позволяет узнать, чем увлекаются и занимаются жители разных населенных пунктов области, имеющие проблемы со слухом, найти друзей, наладить общение.
У нас есть диспетчерская служба, которая позволяет глухим людям из любого уголка области связаться по видео-конференц-связи с дежурным, задать вопрос, получить консультацию, вызвать скорую помощь, пожарных или полицию. Вызов экстренных служб посредством СМС почему-то не предусмотрен, но наши переводчики РЖЯ подключены к системе 112 и не раз спасали людей.
– Как я заметила, у вас в отделении ведет прием еще и юрист?
– Прием организован совместно с общественной организацией «Пеликан» и при поддержке уполномоченного по правам человека в Свердловской области Татьяны Мерзляковой. Мы выделили кабинет, в котором по четвергам консультант аппарата уполномоченного Оксана Глухих вместе с сурдопереводчиком помогает глухим разобраться в сложных, порой запущенных вопросах. Кто-то не знает, положены ли ему меры соцподдержки, теряется в случае затопления квартиры или отказа в приеме на работу, кому-то нужно разобраться, в чем разница между договором дарения и завещанием. Для людей, лишенных слуха, решение этих и других вопросов представляет сложность, и они очень благодарны за помощь.
Переводчикам, которые помогают юристу вести прием глухих, необходимо владеть специальной терминологией, чтобы объяснить нормы закона. Поэтому при поддержке областного омбудсмена и за счет фонда президентских грантов мы в течение трех лет вели обучение сурдопереводчиков: приглашали известных юристов – знатоков гражданского, семейного, финансового права. Это позволило повысить уровень квалификации переводчиков жестового языка.
– Для людей с особенностями здоровья возможность получить образование, профессию имеет огромное значение. ВОГ этому способствует?
– У нас в области имеется пять школ интернатного типа для детей слабослышащих и глухих. В них ведется профориентация, и многие выпускники продолжают учебу в колледжах или вузах. Чем мы тут можем помочь? Во-первых, сориентировать молодых людей, в каких учебных заведениях есть адаптированные программы нужного профиля. Во-вторых, встречаемся с директорами колледжей и выясняем, возможен ли набор групп ребят для обучения с переводчиком РЖЯ.
Созданы условия для доступности освоения образовательных программ инвалидами по слуху в Нижнетагильском техникуме металлообрабатывающих производств и сервиса, в Екатеринбургском промышленно-технологическом техникуме имени В.М. Курочкина.
В Нижнетагильском техникуме мастером производственного обучения работает уникальный человек – Елена Литвинова. Сама она слышащая, но выучилась на переводчика русского жестового языка, ее студенты занимают призовые места в национальных чемпионатах «Абилимпикс».
– Возникают ли у неслышащих трудности с трудоустройством?
– Одно время с этим были сложности, но с каждым годом ситуация меняется к лучшему. Большинство слабослышащих и глухих трудолюбивы, целеустремленны, умеют сосредотачиваться на работе, и работодатели это ценят. Они трудятся на металлообрабатывающих производствах, а также автомеханиками, лаборантами, поварами, швеями, кассирами, парикмахерами, таксистами, спортивными инструкторами.
Потребность в кадрах очень большая, и проблемы возникают в основном из-за того, что работа, которую хочет получить глухой, не входит в перечень доступных по индивидуальной программе реабилитации и абилитации (ИПРА). Иногда нам удается помочь человеку сменить класс доступности по ИПРА или найти предприятие, где созданы специальные условия для инвалидов по слуху.
– Есть в нашем регионе такие предприятия?
– Конечно. Это Уралтрансмаш, Уралвагонзавод, завод имени Калинина и другие. А в Каменске-Уральском, на производственном объединении «Октябрь», четверть века действует центр реабилитации инвалидов по слуху, где ведется подготовка по многим профессиям, например, станочников, токарей, сборщиков. Его душой является сурдопереводчик и дактилолог (человек, владеющий азбукой для глухих. – Прим. «ОГ») Коломбина Капустина, мастер производственного обучения, педагог, воспитатель. Особое отношение к инвалидам по слуху закреплено в социальной программе предприятия, налажено там и наставничество.
– Недавно была на спектакле в Оперном театре и заметила группу зрителей, которые в антракте беседовали жестами.
– Этот театр – один из немногих, куда имеет смысл ходить людям, лишенным слуха. Музыку мы не слышим, но чувствуем вибрацию от динамиков, вдобавок итальянские оперы сопровождаются бегущей строчкой перевода текста на русский.
Мы понимаем, что театрам организовать сурдоперевод спектаклей технически сложно: изображение должно быть крупным, чтобы его было видно в зале, слышащим зрителям это будет мешать. Необходимо иметь в регионе Дом культуры, оборудованный под потребности слабослышащих и глухих. Там можно поставить мощные колонки, выносные экраны, чтобы и на задних рядах люди видели субтитры.
Пока же мы организуем досуг здесь, в помещении регионального отделения ВОГ. Площади у нас скромные, но мы проводим конкурсы, фестивали, мастер-классы, лекции, концерты. Среди глухих много талантливых людей, увлеченных жестовым пением, чтением стихов. Есть у нас уголок для игры в шахматы. Есть свой музей, экспонаты которого мы мечтаем оцифровать, но для этого нужны помощники, спонсоры.
– Существует мнение, что лишенные слуха люди замкнуты и неохотно идут на контакт со слышащими. Так ли это?
– Такое впечатление складывается, на мой взгляд, из-за того, что мы порой не учитываем особенности общения не с такими, как мы. Этому надо учиться, и тогда все получится. Отсутствие слуха – не повод отказываться от полноценной жизни. Среди глухих много людей, достигших высот в профессии, в спорте. Мы участвуем в «Лыжне России» и «Кроссе нации», других региональных и городских мероприятиях. Молодежь учится, работает, приобретает жилье в ипотеку, у нас немало многодетных семей.
Мы интересуемся тем, что происходит в стране и мире. Нам хочется не просто видеть по телевизору картинку, но и слышать, о чем идет речь, а адаптированный перевод дается не всегда. Слышащим нужно помнить, какое это счастье – слышать, и не забывать о тех, кто его лишен.
Ранее «Областная газета» писала о том, что крупнейший в УрФО видеогид для глухих и слабослышащих заработал в центре «Эрмитаж-Урал».