Выставка «Город двух К» – намек на два имени города, в котором расположен Музей янтаря: Калининград и Кёнигсберг. Выставка приурочена к нынешнему 80-летию Калининградской области (из-за автомобильного кода «39» ее в обиходе часто называют «тридевятым царством»), но эксклюзив и прелесть в том, что об истории и главных достоинствах региона она рассказывает посредством янтарных изделий.

«Кёнигсберг и Калининград – не просто исторические названия. Это два пласта памяти, два имени, две души одного города. Если смотреть на их историю сквозь янтарь, она становится единой, в ней сменяются эпохи, но «солнечный камень» так и остается главным уникальным богатством и ресурсом. Это столь ценный материал, что многое в жизни города строится вокруг него», – отмечал директор Музея янтаря Константин Петунин еще в те дни, когда выставка монтировалась в залах Музея истории камнерезного и ювелирного искусства.

Повезло тем, кто видел янтарь в его «естественной среде обитания» – том самом «тридевятом царстве». Кто слышал медовый перезвон шести колоколов Кёнигсбергского собора, расположенного в сердце города – на острове Канта. Кто в торговых рядах и рядочках Кёнигсберга и всех малых городов региона видел янтарные россыпи бижутерии – от молочно-белого и зеленоватого цвета до коричневого и даже красного. Кто в поселке Янтарном стоял на краю гигантского карьера, где добывают янтарь, а потом загадывал желание внутри Янтарной пирамиды, выполненной из 700 кг янтаря, которая в солнечную погоду переливается всеми оттенками медово-желтого. Кто наконец входил в круглую Башню Дона, где и расположен Музей янтаря, и с порога был буквально оглушен количеством и многообразием янтарного достояния «тридевятого царства». Мне повезло. Была. И не однажды. А потому на выставку в Екатеринбурге шла с «начальной школой» понимания ее достоинств. И тем не менее, как и сами уральские музейщики, словно заново открыла эту «солнечную книгу».

В ней 13 глав. 13 витрин, в которых организаторы талантливо разместили не просто раритетные изделия из «застывшей смолы». С их помощью они словно создали этакую википедию «Города двух К». Наглядную и познавательную. От истории рыцарей Тевтонского ордена, первых жителей «Королевской горы» (по-немецки – Konigsberg), до драмы знаменитой Янтарной комнаты. От Восточно-Прусской ярмарки, символом которой стал парусник (торговля морем стала двигателем международных связей) до космической славы города (Калининград – родина четырех космонавтов). От мыслителя эпохи Просвещения Эммануила Канта до литературных изысканий Гофмана, ведь автор всеми любимого «Щелкунчика» тоже жил здесь. От национальных достопримечательностей Куршской косы с танцующим лесом и ее инклюзами, застывшими в янтарной смоле насекомыми и растениями, до того наконец, как попасть в «город двух К».

И все это – в янтаре. Специалисты по янтарю насчитывают в мире около 350 его оттенков, вплоть до вишневого, фиолетового и даже черного. Мир знает находки, в которых встречаются чуть ли не все цвета радуги. Но в «Городе двух К», понятное дело, – янтарь балтийский. Самый распространенный, кстати, сорт янтаря. И, то ли на Балтике больше солнца, чем где-нибудь на Сицилии или в Индонезии с их синим янтарем, но здесь, на выставке, этот камень именно солнечный – оранжевый, золотистый, медово-желтый.

В «главе» о рыцарях – курительная трубка, крест, ладья. В витрине, рассказывающей о морских «воротах» Калининграда, – парусник, маяк, статуэтка въездного знака города, значки морской тематики. «Музыка сквозь время» – это миниатюры гитары, скрипки, женские украшения, отсылающие к главному музыкального инструменту Калининграда – органу в Кафедральном соборе. Литературные изыскания Гофмана представляют его знаменитый Кот Мурр (в различных дизайнерских вариантах) и чернильный прибор, историю Янтарной комнаты – кубки и декоративное панно. А вот янтарная мозаика с портретом Канта представлена… только на фото. Увы, хрупкий янтарь диктует иногда возможности экспонирования. Зато это позволило задать директору Музея янтаря Константину Петунину (он лично провел экскурсию для первых посетителей выставки) вопрос об особенностях работы с деликатным камнем.

«Это и не совсем камень, а окаменевшие смолы. Хрупкий, мягкий, слоистый материал, – комментирует Константин Петунин. – Микротрещинки, пустоты воздуха встречаются в нем гораздо чаще, чем в твердом камне. За 35-37 миллионов лет из-за периодического натекания смолы образуются «слойки». Потому и работать с янтарем надо предельно осторожно. Плюс включения посторонних предметов – шерсть животных, насекомые. Так называемые инклюзы. До XVIII века многие художники считали их браком. «Фу, муха попала!» Сейчас ровно наоборот. А если еще муха редкая, то камушек становится бесценным. Цвет, структура, форма играют большую роль в работе с янтарем. Есть пейзажный янтарь. Иногда само изображение диктует вещь.

И еще: если янтарь нагреть, его можно чуть-чуть изогнуть. Когда мастера делают кораблики, то паруса изготовляют из янтаря толщиной миллиметра полтора. Заготовки слегка нагреваются. С твердым камнем это не сделаешь…»

Из-за хрупкости янтаря, как рассказывают сотрудники калининградского музея, некоторые экспонаты XVIII – XIX вв. не то что не вывозятся из музея – они часто и не выставляются. Их держат в запасниках. Тем более что в отличие от настоящего твердого камня, янтарь со временем начинает деградировать: становится мутным, покрывается трещинами. Мастера «по образу и подобию» создают новые изделия, аналоги тех, что были 300 лет назад. А тогда прозрачный, переливающийся янтарь, вообще, был чудом.

«И всё же мы привезли в Екатеринбург вещь, которую по причине всё той же хрупкости нечасто вывозим, – продолжает рассказ Константин Петунин. – Это шкатулка, на которой изображены Спасская башня, Музей космонавтики, ледокол «Ленин». Абсолютно советский дизайн. А рядом с большой шкатулкой – брошь, которая была почти в каждой советской семье, которая стала брендом нашего янтарного комбината. Брошь «Паук». Брюшко паука сначала делалось из натурального янтаря, потом стали делать из прессованного. Поэтому броши стоили недорого, а выпущены были в большом количестве. Сколько женщин их носило!.. И вот еще на этот экспонат мне хочется обратить внимание уральцев – вид Калининграда, запечатленный внутри камня. Солнечно, но где-то сбоку – облачко. Такое в Калининграде всегда: погода-то переменчивая. А в камне такие «облачка» образуются маленькими пустотами. Вообще, цвет янтаря зависит либо от его окисления, либо от того, сколько в нем воздуха. Белый янтарь, в котором больше всего этих микропустот, считается самым дорогим, королевским».

Сотрудники музея янтаря еще находились на Урале, а директора атаковал очередной энтузиаст, «нашедший» Янтарную комнату. По словам Константина Петунина, на его памяти «это 157-й случай обнаружения. Скорее всего Янтарную комнату, даже по причине хрупкости материала, уже никогда не найдут, но энтузиасты-краеведы продолжают искать». А сама комната, которая начиналась с янтарной галереи именно в Кёнигсберге-Калининграде, продолжает интересовать мир. У уральцев же на выставке «Город двух К» есть шанс, не покидая Урала, узнать подробности этой истории, которая не одно десятилетие возбуждает любопытство.

Музей янтаря приехал на Урал спустя 14 лет после его предыдущей выставки здесь. «Город двух К», оказавшийся в Екатеринбурге благодаря меценату Ивану Шалашову, во многом – инициатива и дружба-сотрудничество двух директоров: Константина Петунина из Музея янтаря и Юлии Ильиной из Музея истории камнерезного и ювелирного искусства. Профессионалы понимают друг друга с полуслова. А тут так много общего – музей, история, камень. Поэтому прямо во время открытия этой выставки родилась инициатива следующего возможного проекта.

«Надо объединить уральский камень и балтийский янтарь, – предложила Юлия Ильина. – У нашего музея есть традиция конкурсов ювелирного искусства. Почему бы не попробовать объединиться и на этой почве?».

Ранее «Областная газета» писала о фестивале камня «ГРАНИ», в рамках которого тоже можно посмотреть экспозицию янтаря.