Они не только почетные гости. Заслуженный деятель искусств РСФСР, участник постановочной группы «Олимпиада-80» Аскольд Конович и режиссер, сценарист, заведующий единственной профильной кафедрой в Москве, готовящей режиссеров массовых представлений, заслуженный артист РФ Сергей Комин удостоены на Урале организаторами премии звания «Легенда». С кем же, как не с ними, встретившись в редакции «ОГ», поговорить о том, насколько обычный День города может изменить жизнь земляков?
Аскольд Конович: – Чтобы вы представляли значимость события, которое происходит в уральском Берёзовском, вернусь чуть-чуть назад. В России давно существует Национальная премия «Грани Театра масс», оценивающая крупные работы лучших режиссеров страны. Извините (вот знак у меня на пиджаке, случайно, но похвастаюсь), я получал ее за празднование 100-летия революции, которое ставил в Санкт-Петербурге, а мой коллега, Сергей Комин, условно говоря, за Дни города Москвы. Но это верхушка айсберга. Девочка-завклубом, которая делает дни города в районном центре, туда не попадает.
А 90 процентов массовых праздников происходят именно в регионах, создаются в российской глубинке. Руководитель «Дирекции городских праздников» Павел Баранчик сделал гениальную вещь – обратил внимание коллег, чиновников, государства к тем, на ком держится культура.
И это оказалось востребовано. За свой счет, за счет региональных ведомств здесь, на Урале, сегодня и Хабаровск, и Владивосток. Более 200 человек! Многие из них, кто заняты фестивалями, корпоративными мероприятиями, празднично-обрядовыми событиями, не владеют в достаточной степени драматургическими, режиссерскими, организационно-постановочными навыками. Они едут сюда получить знания, навыки и умения. Что касается знаний, можно взять мой учебник по театрализованным праздникам и обрядам, почитать. Могу рассказать. А вот навыки и умения, извините, можно взять только у живого Комина, который делал когда-то «Садовое кольцо» – праздник на 36 километров в столице…
Сергей Комин: – Да это мой детский возраст (смеется), я с этого начинал. Но со значимостью происходящего в Берёзовском согласен. Работник культуры, даже получивший профессиональное образование, где-нибудь в маленьком клубе – один на один с проблемами. Зарплата – плакать хочется. Связи с коллегами нет. А количество мероприятий, которые надо сделать, зашкаливает. Кстати, я бы запретил напрочь слово «мероприятие». Само слово вызывает скуку, сводит скулы. О празднике, воздушности, волшебности театрализованного представления речи не идет. А ведь за этим коллеги едут сюда. А если еще есть возможность поговорить с человеком, который олимпийского Мишку, образно говоря, за хвост таскал…
Наша задача – помочь им подниматься, отказаться от штампов. У них должна быть возможность расти. Клуб – либо шанс доработать до пенсии, либо старт до космоса. Я – за космос. И дело не в личной карьере. От этого человека зависят многие другие, их настроение и настрой, а это уже государственно важно.
Конович: – Как-то один чиновник свысока изрек: «Вы должны понимать, что искусство принадлежит заказчику». Мы с ним сильно схлестнулись. По сути. То, что делает любой работник культуры, это для народа. Для людей, у которых есть потребность в этом. Искусство принадлежит им. Они – заказчик. Даже самый маленький клуб – это не стены. Это центр, где рождаются замыслы. А они должны вдохновлять.
– Для меня ваше дело сродни режиссуре Сергея Бондарчука, который в киноэпопее по Толстому двигал полками, армиями. Куда театру до этого! Сложности ремесла, в котором надо совместить улицы, площади, массы народу?
Комин: – В театре есть пьеса, и режиссер делает ее трактовку. Свою трактовку чужого текста. А тут ты сам драматург и режиссер…
Конович: – … и самое главное – не «двигать массы людей», а придумать – во имя чего? Иначе сделаешь серенький праздник, даже если у тебя не пять, а 50 тысяч артистов. Попробуйте сотворить на одну и ту же идею (например, День города) 3–4 разных представления?! Должны быть разные решения. Екатеринбург – город мною любимый. Мы 20 лет делали здесь международный фестиваль «Земля – наш общий дом», я был главным режиссером. И спектакли я здесь делал – например, «Я люблю тебя, эскадрилья», ремейк фильма «Небесный тихоход», в вашей Драме лет 10 назад. Вообще, как-то посчитал: сделал всего около 800 театрализованных представлений и около 100 спектаклей. Но в чем разница?! Спектакль можно подправить, улучшить на последующих представлениях. Массовое театрализованное действие любого уровня неповторимо. Ставится один раз! Невозможно сказать: я «завалил» день города в мае, я его хорошо поставлю в сентябре. Этого не будет. Товстоногов свои спектакли переделывал, пока они шли. А здесь должен быть по-снайперски точный удар. Вчера на семинаре одна участница начала со мной дискутировать: снайпер, мол, – это убийца, сравнение некорректно. Я-то предложил образ с другой позиции. У снайпера нет возможности перестрелять. Попал – не попал. Или – или. У и режиссера фестиваля есть один «выстрел» – его постановка. Не «попал» – извини.
– Из 27 регионов России были представлены работы режиссеров массовых праздников. Что-то особенно заинтересовало? Как профессионалов. И почему?
Конович: – Было несколько очень хороших работ. Например, юбилей собственного Дворца культуры, юбилей предприятия. Две работы – так просто классные. Они все выставлены на сайте Премии «Золотая Легенда».
В силу обилия и масштабности работ жюри смотрело главным образом презентации по 10 минут. Но достоинства и проблемы были видны.
Общая проблема – режиссеры иногда не держат форму своих праздников. Например, в празднике к 9 Мая начало традиционное: девочки, выпускной, белые платья. Потом – сирена, война. Опускается штанкет, актеры входят в него, они уже в военной форме. Тут пока всё логично. А дальше появляется эстрадная певица в блестках и поет фронтовую песню. Режиссер сам рушит всё, что до этого создал.
Чем отличается наша драматургия от театральной? В театре – собирательные образы, у нас – реальные герои (вспомнил: среди представленных работ был юбилей директора предприятия, который создал его и руководит им много лет. Конкретный человек, конкретная судьба. Вот этот юбилей был сделан классно). Но и в театре, и здесь есть понятие – сверхзадача. Ради чего?! Мы с Сергеем Михайловичем в таких годах и таком положении, что можем отказаться от неинтересной темы. А девочка в ДК – нет, а у нее 10 мероприятий в месяц.
Знаете, почему у нас у всех, созидающих культуру, плохо с личной жизнью (улыбается)? Мало кто из жен или мужей выдерживает творческого человека. Я когда придумываю большое серьезное мероприятие – почти… невменяем. У меня тетрадка всегда рядом. Эпизоды иногда снятся по ночам. Я среди ночи записываю пришедшие идеи. Я живу этим событием. А у девочки-культработника маленького ДК их десять…
Комин: – И тем не менее они работают. И в их буднях есть стандартная клубная работа, есть пафос трудового дня, а есть искусство. Театрализованные представления не заканчиваются Красной площадью. Мы с одним моим студентом разрабатывали проект «Несуществующие праздники». Ты сам должен их придумать. Сам! День пожилого человека или День молодого рабочего они могут придумать. А поставить, например, балет на самолет? А оживить Айвазовского? Что же мы часто в штампах-то остаемся? В нашем деле можно создавать новые миры. Фантастические.
В эту сторону надо двигать молодых. Поднять профессию до уровня Театра. И расширять палитру. Есть клуб. Есть площадь. Надо находить новые площадки. Такое явление, как событийный туризм, пока только рождается.
А это наша профессия. Можно показать туристам храм, который разваливается, а можно событие-праздник, сделать гостей его участниками…
Конович: – Мы много говорим про историческую память. Здесь, на «Золотой Легенде» в Берёзовском, я предложил: давайте сделаем в школах театрализованные события по фотографиям тех, кто учился в этой школе и ушел на фронт. Но это серьезная работа. Вспомнить имена. Собрать факты по судьбам людей. Театрализовать все это. С участием сил культпросвета. Культпросвет – хорошее слово: это и культура, и просвещение.
А если брать в масштабах России, то можно, например, в театрализованном действе представить Куликовскую битву…
Комин: – … да еще на самом Куликовом поле. Или по такому же принципу – Бородино. И создать событие, на которое будет ездить вся Россия. Когда зрители увидят это поле, почувствуют его – это ж совсем другое дело, нежели страничка в учебнике истории. И на Урале такие форматы, с уральскими историческими событиями, возможны!
– На нынешнем конкурсе, в Год единства народов России, была расширена номинация «Этнокультурное событие». Тема, как никакая иная, предполагает, что в основе праздника – культура и бытование своего, родного места. Были ли открытия в номинации?
Конович: – Да, День сапожника в Свердловской области и в Кабардино-Балкарии – совершенно разные празднества. Во всех учебниках по нашему делу написано: должна быть потребность праздника. Например, у меня день рождения. Есть потребность встретить его с родными, друзьями. Значит, праздник будет. Это фундамент нашей профессии. Можно любые образы придумать, гениально нафантазировать, но если нет потребности – для людей это будет только зрелище. Участвовать они в этом не будут. Вот разница между театром и театрализацией. Там – зрители, а здесь – участники. Участники! Пять раз (улыбается) подчеркните.
В Москве есть площадка, где представлены все 89 субъектов России: их народные ремесла, промыслы, обрядово-фольклорные, этнографические действа. Но кто туда поедет? Можно устроить этнопоезд – чтобы проехал по всей России. Но это разовая акция. Нет, конечно же, этнокультурное событие должно рождаться от местных корней.
Комин: – Знаете, есть День обуви. Есть день, а есть праздник обуви. Большая разница! В Ставрополе, например, к этому дню, который отмечают обувщики, придумали Праздник подкаблучника. Классно! И тут, в Берёзовском, случались удивления. Меня вдруг «отловила» одна из участниц, дергает за полу пиджака: я на День города придумала Праздник остановки. Я ей: «Да это же Шекспир! Любая остановка транспорта – начало пути и конец пути. Это встречи и расставания». Вот оно!
А, вообще, отвечая на ваш вопрос, стоит вспомнить суть слова «праздник».
В праздники никто не работал, потому что суть его – выяснение: свой – чужой. Ты соблюдаешь мои ритуалы? Свой. Не соблюдаешь – скатертью дорога. Спросите: почему при такой жесткости принципа не развалилась страна? Почему мы едины? Потому что есть еще такое явление, как проникновение культур. И об этом мы тоже говорили на Урале с коллегами.
– У вас у обоих в послужном списке памятные для многих россиян проекты. Возможно, ставлю невыполнимую задачу, но вспомните – чем из своего творчества особенно гордитесь?
Конович: – Я к этому отношусь философски. Чем гордиться-то (улыбается). Просто – работаем. Хотя, конечно, можно вспоминать, как для кульминационного момента закрытия Олимпиады-80 рождался летающий Мишка. Как сначала была идея живого медведя. А когда придумался летающий, то высокие начальники мне доказывали: медведи же не летают…
Комин: – А я вспоминаю, как в волжском Юрьевце мы начинали фестиваль «Зеркало». Вопреки всему. Город небольшой, с работой у людей трудно, из достопримечательностей – одна старая колокольня. Предложили сделать там театрализованное представление по творчеству Тарковского. Сделал. На следующий год они опять: мы готовы, приезжайте. Нет, говорю, так не бывает. Тут повторение невозможно. И я каждый раз, на каждый фестиваль, придумывал «маршрут», который «раскрашивали» сами жители города. Сначала это была история Юрьевца. Потом – тема «Художник и Время», дальше – «Путь к Троице». Мы сделали в Юрьевце пристань, и теперь там останавливаются теплоходы. Сделали колодец, в который, как у Тарковского, опускается и поднимается колокол… Как понеслось! Как начали фантазировать. Они начали жить. Город начал себя уважать. В музее Тарковского уже продавали туристам кассеты с нашими праздниками.
Конович: – Обратите внимание, как он рассказывает! Он приехал в город, где была потребность праздника и неосознанное ощущение людей, что они – земляки Тарковского. И вот что из этого получилось. Вот для этого мы и нужны. «Золотая Легенда» в Березовском – это преемственность традиций, опыта, новаций. Главное, чтобы наши молодые коллеги перестали вариться в собственном соку. Чтобы они взяли здесь яркие впечатления. Надеюсь, взяли. А если кто-то еще хочет постичь «режиссуру события»: как разрабатывать креативную концепцию, каковы современные приемы режиссуры, как написать сценарий – пусть обращается на Урал, в Берёзовский, к команде «Золотой Легенды».
Ранее «Областная газета» писала о том, что «Золотая Легенда» в четвертый раз прошла на Урале.
