Можно только предполагать, почему каменская «Драма Номер три» обратилась к роману Николая Никонова «Весталка», пережившему взрыв читательского интереса в 1980-е. Спектакль был поставлен в самом начале этого сезона. Но если иметь в виду, что в следующем году — юбилей Победы, то надо признать: театр отважно взялся за непопулярную и горькую тему — женщина на войне.
Когда роман в 1986 году вышел, автор попал под довольно жесткий «обстрел» оппонентов. Как посмел? Почему в книге о войне показывает не героическое, а — ЭТО? Боль, пошлость, горе, уязвимость женщины в мужском окружении на войне. Никонову досталось от многих, в том числе и от самих фронтовичек, посчитавших, что автор оболгал святое. И только отдельные из них, вспоминаю свои журналистские интервью, мимоходом и шепотом признавали: было и такое. Было.
Адаптировал «Весталку» для сцены драматург Николай Коляда. И со знанием дела, даже сохранив для сцены жанр первоисточника — «роман», он превратил повествование об одной главным образом героине (так у Николая Никонова) в грустную эпопею о военном «бабьем царстве». Уралочка Лидия Петровна Одинцова (заслуженная артистка РФ Лариса Комаленкова) «держит», как и в романе, всю историю: рассказывает о перипетиях собственной судьбы и о судьбах тех, с кем свела жизнь на фронте, в госпитале и после войны. Но один женский «крупный план» романа трансформировался на сцене во много «разных». И оттого возник объем (режиссер Александр Балыков), панорама судеб российских «весталок».
В древней истории весталки, жрицы богини очага Весты, посвящали свою жизнь соблюдению религиозных ритуалов и поддержанию священного огня в храме. Наделенные знаками святости, они освобождались от привычных социальных обязанностей, в том числе и… материнства. Безбрачие и целомудренность были их уделом. И делом чести. Но в новейшей истории многих россиянок обрекла на это война.
Как Лидия Одинцова аккумулирует в своей судьбе истории сверстниц, попавших под зловещий прессинг войны, так одинокий большой колодец в центре сцены — квинтэссенция сценографии спектакля (сценограф и художник по костюмам Лев Низами). Возле колодца встретятся Лида (Мария Кудрявцева) и Алёша (Михаил Басов). Из него по-ребячьи, дурачась, будут плескать друг на друга водой. Но большей частью колодец пуст. В него уходят и из него появляются герои. А вкруг, на всем протяжении спектакля, — пустые ведра. Новенькие. Блестящие. Пустые. Как образ неутоленной жажды материнства. В спектакле они многофункциональны. Кроме прямого своего назначения, они станут еще имитацией инвалидских протезов, тарой для бражки. В одном случае помогают покалеченным на войне женщинам, в другом помогают… добить эту горестную жизнь.
Не единожды, отделяя друг от друга эпизоды спектакля, вокруг колодца, взявшись не за руки, а за ведра, и соединенные ими, пройдут по сцене герои спектакля. Этаким хороводом. Греческим хором. Как напоминание о древних истоках весталочьих судеб. И как некая эмоциональная поддержка. Потому что в одиночку каждой из героинь немыслимо выдержать тяжкую долю. Вынести эту ношу.
Они очень разные — женщины, обреченные войной жить без семьи, без мужа, без детей. Горькое бабье царство. Кто озлоблен. Кто в запой уходит. Кто подумывает о самоубийстве. А кто, как распоследнюю надежду, заводит, рожает себе позднего ребенка-поскребыша… «Драма Номер три» создает замечательный ансамблевый спектакль, в котором вместе с тем есть мощные отдельные роли-судьбы (отчаянный, всепобеждающий оптимизм Алевтины Ивановны — арт. Нина Бузинская многократно удостаивается аплодисментов зала).
Понятно желание театра создать из частной судьбы уральской девчонки «русскую Одиссею». Оттого в спектакль введены реминисценции, отзывающиеся не в одном поколении россиян: песня «Рязанские мадонны», эпизод прощания с матерью из фильма «Баллада о солдате», ромашка как символ женской чистоты. Порой их даже многовато, подсказок из прошлого зрительского опыта. Но в целом театру удается создать историю-эпопею. Редкую даже по нынешним временам, когда многое о самой страшной войне XX века, прежде запрещенное к обнародованию, уже известно.
«Весталка» каменского театра — элегия о женщине на войне. Пережив ее, уже в мирной жизни они, опаленные войной, продолжали, каждая по-своему, вести «бои местного значения». Бороться с судьбой. С людским презрением, злобой, несправедливостью. И побеждали.
Война, в разных ее проявлениях, — тема в искусстве вечная. Но случается, авторы открывают новые нюансы. Так было в 1980-х с романом Никонова. Так с «Весталкой» каменского театра. В преддверии грядущего юбилея Победы спектакль будет вызывать к себе все больше интереса. А героини — заслуженное уважение и сострадание.
Ранее «Областная газета» рассказывала о том, что в Екатеринбурге стартовал VI Фестиваль моноспектаклей и дуэтов «СВОЙ».
Опубликовано в №220(10031) от 2 октября 2024 года.
